talgaton

Оригинал взят у

В середине 90-ых я вселился в кирьят-бяликовскую квартиру. Поздоровался со старушкой на скамейке. Она первым делом мне говорит: ты, говорит, судя по акценту, - русский, - пожалуйста, при мне не произноси ни единого слова по-русски. Была она в Освенциме, в девичьем бараке. Воины-освободители захватили лагерь, вошли в барак и стали всех насиловать. Потом часть девушек убили. Я, говорит, как видишь, жива, и мне что немецкий язык, что русский, слышать невыносимо, а вы, русские, пытаетесь сразу Пушкиным и Толстым вразумлять. У г-жи Питерман на руке была татуировка с номером и характер лагерный прескверный, хуже чем у блокадников. Спорить с ней и расспрашивать о лагерном быте я не стал.

mankala дает ссылку на статьи Red Army troops raped even Russian women as they freed them from camps и the minute they saw a female, whether you were young or old, whether you were 8, 80, 18, or 28, they didn’t care. They raped you whether you were pretty, ugly, fat, skinny, it didn’t matter. It was a female. And so with us [Helen and her sister Toby] it was a matter of, can we outsmart them in that department. Our survival as far as eating or sleeping was almost secondary... the Russians were animals. They were wild animals and we were afraid of them. We put chairs and tables against our doors not to be invaded by them. They [had] invaded the barracks the night before...

UPD. Милым моим оппонентам я дарю эту песенку.

UPD2.

nikoberg указывает на другие свидетельства - Рис приводит выдержки из докладов заключённых, которые были изнасилованы вскоре после освобождения Освенцима. Большинство из них подвергались нападениям за пределами лагеря (солдатам не мешали даже полоски и истощение женщин), но некоторых изнасиловали сами «освободители».